“Кристина была умницей. Закончила наш Горловский институт иностранных языков. Хотела в жизни много добиться. Девочку свою Кирочку очень любила, она так хотела и так ждала ее рождения. Еще когда с животиком ходила все время говорила: «Когда же Кирочка появится». Она знала, как малышку будут звать, какой она будет.

 Когда Кирочка родилась, Кристина ее с рук не отпускала. Кира без конца пела песни – утром просыпалась и со спальни кричала: «Ба! Ба!» – и начинала песенки петь. У нас соседи все смеялись, ведь с первого дня мы ей постоянно пели песенки. Соседи спрашивали, мол, кто у вас там поет? Я пела, Кристина пела. Французские песни ставила и Кирочка уже что-то напевая лепетала.

 До сих пор ощущение, что они просто вышли погулять и сейчас вернуться, а я буду вечером бурчать, что, мол, вы так поздно вернулись, ведь купаться пора. Они каждый раз, когда задерживались, приходили и кричали: «Ура! Бабушка, мы научились ползать!» или «Ура! Бабушка, мы научились ходить!», «Ура! Первый веночек сплели!». Кирочка только научилась ходить. В этом сквере они гуляли 2-3 раза в день, оттуда почти не выходили, там, в этой траве научились, и ползать, и ходить. Они жили в этом сквере и погибли там.

 – Падаю в траву и вою как волчица, а когда люди появляются, встаю и держусь. Загород выезжаю и опять вою и вою. Раньше все нужно было: через магазин идешь, и заколочка нужна была, и игрушка. А сейчас – пустота. Идешь и ничего не надо, вообще ничего (плачет – прим. авт.). Тебе не надо ни есть, ни пить, ни эта красота тебе не нужна”.